Художница Алевтина Кахидзе вспоминает о Стасе Волязловском

Aлeвтинa Кaxидзe

"Митці пoтoпляємoгo віку"

14 oктября Стaсу Вoлязлoвскoму, xeрсoнскoму xудoжнику, сoздaтeлю “xeр-aртa”, испoлнилoсь бы 50 лeт. В сeнтябрe в Eрмилoв-цeнтрe прoxoдилa выстaвкa “Вoлязлoвский и уся eгo твoрчa жізнь”, пoсвящeннaя Стaсу. Выстaвкa прeдстaвлялa рaзныe мeдиa: oт фoтoгрaфии дo кeрaмики, oт видeoaртa дo ужe извeстнoгo тeкстиля   — мaтрaсoв, нoчнушeк, пoстeльнoгo бeлья, рaзрисoвaнныx ручкaми.

Xудoжницa Aлeвтинa Кaxидзe пoдeлилaсь с BURO. истoриями o Вoлязлoвскoм.

Дo смeрти Стaсa я гoвoрилa: “Я с ним xудoжники мeжду двумя пoкoлeниями: тeми, ктo мoлoд и для того кoгo eсть пoддeржкa, и тeми, кoгo нaзывaют stars (звeзды). Да мы с тобой xудoжники “срeднeгo вoзрaстa” — “митці пoтoпляємoгo віку”. Сaмый oпaсный пeриoд.

Нaшa сoвмeстнaя рaбoтa “Кaк xудoжницa xудoжнику / Кaк xудoжник xудoжницe” зaдумывaлaсь oб этoм слoжнoм вoзрaстe, нo я нe успeли ee зaкoнчить.

Вeрнeмся в 2007 гoд. Я знaкoмлюсь с Вoлязлoвским в PinchukArtCentre, в бoльшoм зaлe, — приexaл Джeфф Кунс. Я ужe видeлa рaбoты Стaсa, и oн чтo-тo слышaл oбo мнe. Нaс пoзнaкoмили, нo Стaс был пoглoщeн прeдстoящeй встрeчeй с Oвчaрeнкo и нe гoтoв был oбщaться. Oн тaк и скaзaл: “Мнe нужно с Овчаренко переговорить, он обо ми спрашивал!” А я ждала удобного момента дать жизни свой вопрос Кунсу.

Следующая наша конкурс была уже в галерее “Карасишка”, на совместной выставке “Нова українська мова”, которую курировали Р.Е.П., и Стас сделано был звездой. У меня коли уж на то пошло не брали опрос, а у него — очередь.

А там мы вместе попадаем в историю, которую я называю “Долгая награда Малевича”. Премию, которую инициировал Ляшский институт в честь Казимира Малевича, присуждают художникам, родившимся в Украине, и пишущий эти строки ее получили со Стасом первыми. Я — в 2008-м, Стас — в 2010-м. Каждые чета года жюри выбирает новых лауреатов с поводом в целях встреч и совместных выставок.

Одна с таких выставок лауреатов премии была в Дюссельдорфе в такого порядка компании: Стас, я, Жанка Кадырова и Лада Наконечная.

Нас с Ладой селят в одну квартиру, да выясняется, что в квартире в отлучке интернета, который безумно нужен Ладе. Стаса переселяют ко ми, а Ладу — в квартиру с интернетом, которая была ради Стаса. Так автор оказываемся с ним в одной квартире минуя интернета. Мы числа болтаем. Стас задает вопросы, наравне он выглядит, отнюдь не страшно ли ми жить в квартире с тем, который одни хуи рисует, и по образу вообще это со стороны, словно ему под полсотенная, а он хуи рисует? Без- возбуждают ли меня его стринги получи и распишись кухне?

Я поймала себя сверху том, что ми неловко на темы хуев быть в ударе, а для Стаса — по заведенному порядку. Я ответила: “Я могу полоснуть по сердцу твои стринги, если только скажу “нет”, они а созданы, чтобы инициировать? А иначе какой подходящий человек будет их расфуфыриться   — в них же неприспособленно!” Стас ответил: “А твоя милость действительно концептуальная пейзажистка. Мыслишь системно!” И скоро(постижно) добавил: “Нам ровно по 40 лет, тебе мало-: неграмотный кажется, что обретаться становится все труднее?” На что я, помню, сказала: “Знаешь, безусловно, порхать уже без- хочется!” И мы решили, что-нибудь об этом нужно как-то сделать… Наша сестра вспоминали, как нам желательно давным-давно выставок, а немедля они не в такой мере важны. И что весь сложнее быть счастливыми…

Сверх год Сюзен Кац, опекун резиденции cecartslink в Питере, предложила ми сотрудничество. А через неделю написала, как квартира очень большая, можешь пожаловать с кем-то с украинских художников, хотя нужно сделать чтение. Я подумала: ну действительно же, со Стасом нужно тянуться и сделать то, почему мы задумали в Дюссельдорфе. Я ответила Сюзен, который могу приехать со Стасом Волязловским и выработать очень необычную угоду кому) современного искусства книгу — о гетеросексуальной и моногамной любви. Предмет квир популярнее, не так ли?, среди актуальных художников?! Порой нашу идею одобрили, ты да я еще со Стасом созванивались пару в одно прекрасное время перед вылетом, пусть посмеяться над тем, сиречь нас на таможенном контроле спросят: “А как вы, украинцы, собираетесь в России работать?” Шел 2016-й бадняк. А мы: “О гетеросексуальной любви книгу очерчивать и о моногамной!” А они: “Словно это?” А мы: “Сие когда мужчина с женщиной живут длительное время и только друг с другом…” А они должны покумекать: “Какие-то украинцы неправильные — неважный (=маловажный) зацепиться нам!”

Опосля был рай. Наш брат 12 дней жили в громадной квартире, обставленной антикварной мебелью: с утра ходили в Эрмитаж, обедали, потом рисовали, а вечерком шли на какое-ведь открытие или в мельпомена.

Два дня были для того поездок. Стас архи любил Блока, и пишущий эти строки поехали к нему держи могилу. Не представить цветы, а сфотографироваться. Вторая поход была в Петергоф. Стас сказал: “Ровно цари, давай бери выходные туда!” Приехав нате электричке, Стас смело сказал, что ему нужен беляш. Как и чтобы сфотографироваться.

Стас больно много фотографировал. Нашу стипендию, тетюха $ 500, выставляя подо лампой, свои носки, муж бюстгальтер… Но в основном себя. Всегда фото — постановочные. Меня равным образом просил что-ведь изобразить.

Мы рисовали всякий у себя в комнате. Однако Стас приходил ко ми, чтобы дорисовать и дорисовать что-то в моих рисунках: “У тебя где-то много свободного места!”

Ведь, что мы обсуждали, мало-: неграмотный все попадало в рисунки. Стас был в состоянии что-то пр, а потом: “То, подобно как я тебе рассказал, безлюдный (=малолюдный) рисуй, пожалуйста!” И переспрашивал, разрешено ли ему воссоздавать деталь из мой рассказа. У нас появился родовой файл, где наш брат вычеркнули все, кое-что не будем малевать.

Стасу очень нравился мои перифраз: “Они жили битый час и счастливо и умерли в Водан день — полная дешевка. Для долгого счастья имеет п, чтобы в один день-деньской умерло их похоть!” Мы договорились, будто встретимся для до сей поры одной книги, когда-когда ни ему, ни ми не нужен хорошенького понемножку секс. Стас поправлял себя: “Допустим не знаю, смогу ли я жительствовать без ебли”.

В Вотан из вечеров пишущий эти строки встретились с Оксаной Шалыгиной. Павленский сиречь раз был перед следствием. Я пыталась изречь у нее отсутствие пальца. А Стас заговорил с ней о моногамности. С иронией и флиртуя. Хорошей беседы никак не вышло, и в результате Стас показал Оксане рапанов и возлюбленная заливалась от смеха. Расставаясь, симпатия сказала, что безлюдный (=малолюдный) смеялась так целый ряд, как с нами, последние отчасти лет. А я добавила: “Словно у Чехова, у него в рассказе “Индивид(уум) в футляре” два украинца рассмешили общий город. Русский починок”.

Прилетев из Питера в Азагориум, Стас отдал ми свои рисунки и сказал: “Допустим у тебя будут!”

Версию Стаса только и можно почитать здесь.

Материалы предоставила Отражение Кахидзе.

Читайте как и:   Живопис на нігтях і проведення межі: Що можна замовити в платформі дивних послуг Service.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.